August 11th, 2008

Ведущий Игорь Потоцкий 29 апреля 1999 г., четверг

Доброе утро.


Сергея Степашина вчера официально представили правительству в качестве первого вице-премьера и уже два дня убеждают прессу в том, что его назначение - не часть длинного и сложного плана смены правительства. И что отставка Вадима Густова не означает, что план уже осуществляется. Сам Степашин вчера сказал, что он не запасной премьер и в запасных никогда не ходил. И вообще поиски злого гения, который мог бы выстраивать в России такого рода замысловатые многоходовые политические комбинации, за последние лет 7-8 ни разу не дали результата. И тем не менее, в политической сфере у всех на глазах с невероятной скоростью происходят исключительно серьезные и с точки зрения ближайшего будущего принципиально важные перемены. Конечно, когда министр внутренних дел Степашин принимает решение фактически о закрытии границы с Чечней, а президент одобряет его действия и назначает первым вице-премьером, который будет заниматься регионами, в том числе и Чечней, в этом можно видеть в том числе и подготовку к слушаниям по импичменту. В такой ситуации полезно напомнить, что за проблему представляет собой Чечня, где сейчас генерал Шпигун и так далее. Там и так много обстоятельств, которые заставляют задуматься об осмысленности обвинений против президента по Чечне, а жесткие действия Степашина сейчас эти сомнения еще усилят. Безусловно, есть основания говорить и о том, что отставка Густова и назначение Степашина - это усиление влияния и контроля со стороны президента внутри правительства, и в этом, как считает, например, Алексей Подберезкин, можно увидеть и интригу с дальним прицелом.
Подберезкин: А если бы Примаков обиделся? А может быть, это и было целью такого назначения, чтобы Примаков обиделся и, сославшись на радикулит, на состояние здоровья, подал рапорт об отставке. Т.е. я полагаю, что при любом раскладе сил назначение Степашина в качестве первого вице-премьера несло на себе, может быть, даже вопреки воле Степашина, элемент интриги.
Но все-таки самое логичное, простое и понятное объяснение нового назначения содержится именно в официальных комментариях: действительно нужно серьезно работать с регионами.
Марков: Я считаю, что есть несколько причин назначения Степашина. Первая и самая главная заключается в том, что Густов-то провалился. Ведь Густову поручили создать некий региональный блок в поддержку Ельцина. А региональный блок создался в противовес Ельцину. Это был колоссальный провал Густова, который потребовал его замены.
Самая большая проблема предстоящих выборов состоит в том, что, в отличие от нескольких предыдущих избирательных компаний, ни на думских, ни на президентских выборах нет пока явных фаворитов. Как будет развиваться ситуация, никто не знает. Она меняется на глазах: образуются губернаторские блоки, у которых есть шансы найти общий язык между собой, и это заставляет президента искать общения с их лидерами, и не только Лужковым, но и Шаймиевым, и Титовым. Этому будущему блоку нужна фигура формального лидера, который устроил бы всех и при этом никому из губернаторов не был бы конкурентом. И рядом с губернаторскими движениями оказывается НДР, в которой больше никто не оспаривает лидерства Виктора Черномырдина. Губернатор Аяцков, который много раз грозился уйти, если НДР не возьмется за ум, остался, и на весьма видном посту рядом с лидером. А самому лидеру президент предложил статус политического посредника, который позволяет ему серьезно набирать очки во внешнеполитической сфере. Во внутренней таких возможностей у него нет по определению, а косовский конфликт рано или поздно получит разрешение при обязательном участии и весьма заметной роли России. Это автоматически поднимет статус экс-премьера. В ответ или нет, но и в руководстве НДР после недавнего съезда оказалось заметно много представителей президента в регионах. Круг замыкается, постепенно соединяя интересы и президента, и губернаторов. И замыкается на фигуре Виктора Черномырдина.
Марков: Мне представляется, что он недостаточно активен в этой роли, потому, что он не может поверить, что ему выпал уникальный шанс усилить свой политический авторитет. Ему просто досталось это место, никто его не заставляет быть посредником между двумя лагерями. Если у него будет достаточно политической активности, он может сыграть эту роль, если у него собственной активности не хватит, то можно любые возможности упустить.
По сути, происходит очень важная вещь. В российской политике, наконец, появляется структура: формируется большой умеренный консервативный центр с невнятной, но явно нерадикальной и в целом демократически-рыночной идеологией, а в стороны оттесняются и коммунисты, причем не потому, что они левые, а потому, что они неконструктивны, и правые либералы. Это очень полезно. Это порядок на поляне. А для тех, кто им недоволен, на краю поля стоит пугало. На эту роль в России принято назначать Анатолия Чубайса.
Марков: Чубайс, я считаю, играет ту роль, которую он играл всегда - роль пугала. Ельцин говорит, намекает всем остальным, что будете плохо себя вести, я спущу с поводка Анатолия Чубайса, он всех загрызет.
Пока, правда, только английская пресса комментирует поездку Чубайса в Лондон как визит без пяти минут премьера. Но в целом действует: левые нервничают сильно. Только опять никто не знает, надолго это счастье или все очень быстро кончится началом процедуры импичмента и роспуском Думы.
Подберезкин: Нет, это, конечно, ни какая не попытка структурирования власти, это тактика президента, кот. блестящий тактик с точки зрения удержания власти. Вот как я это себе объясняю. В драматической ситуации августа-сентября прошлого года ему нужен был премьер, кот. бы смог достичь политического компромисса, и он его достиг. Может быть, без документов специальных, без каких-то деклараций, но Примаков это сделал. И здесь парадокс заключается в том, что чем стабильнее ситуация, чем меньше издержки этого августовского кризиса, кот. удалось нивелировать Примакову, в общем он решил задачу на пятерку в тех условиях. Помните, прогнозировали огромный обвал января-марта 99-го года - его не произошло, в общем, пра-ву Примакова удалось удержать ситуацию, но дело- то в том, что чем лучше Примаков справляется со своими обязанностями по выводу из кризиса, тем меньше он нужен президенту как компромиссная фигура
Марков: Политическая элита боится этого. Она старается этого не допустить. Поэтому они все как бы кучкуются друг с другом, собраются в кучу вроде испуганных овец, пытаются своим количеством немножко напугать президента - серого волка. Они объединяются для того, чтобы испугать Ельцина, для того. чтобы остановить его. не допустить того, что Ельцин вверг страну в какой-то острый политический кризис. Б. Ельцин, видимо, пока тоже считает себя неготовым к началу атаки, к широкомасштабному политическому кризису. Обе стороны понимают, что такой кризис становится неизбежным. Обе стороны сейчас, в данный момент, не хотят его и демонстрируют всем всяческис свое дружелюбие, подчеркивают свою способность к компромиссам. Я думаю, что после легких политических маневров, которые займу несколько недель, такой кризис с большой вероятностью может раразиться в середине или конце мая.
В конце концов, самарскому губернатору Константину Титову после его встречи с президентом на брифинге приходится отвечать на вопросы о том, будет ли в ближайшее время отправлено в отставку правительство Евгения Примакова или нет? Константин Титов говорит, что нет.
До свидания.